Забота о спортивной собаке

168258605Несколько недель назад фигурант Мэтт Ньюкуп заметил, что Найф проявляет сильную тенденцию атаковать и кусать всегда с одной и той же стороны. Собаки, как и люди, бывают правшами и левшами, и этот факт определённо мог бы объяснить наблюдения Мэтта. Однако мы также подумали, что Найф может предпочитать одну из сторон из-за скрытой слабости или травмы.
Больше не было никаких симптомов, указывающих на то, что Найф может страдать от травмы. В этом году он выиграл четырнадцать соревнований АКС и USDAA, в том числе и два главных приза в USDAA Steeplechase и один — в Гран-при USDAA, что автоматически даёт квалификацию для национального чемпионата USDAA. Также в этом году Найф заработал очередной разряд во Французском ринге и стал одним из немногих грюнендалей в США, продвинувшихся так далеко в защитном спорте. Во время многих и многих тренировок Найф показывал великолепные прыжки и быстрый бег без каких-либо странностей в походке.
Мы записались на обследование — просто для успокоения — к доктору Уэнди Бальтцер из университета штата Орегон. Д-р Бальтцер — единственная выпускница Американского ветеринарного колледжа спортивной медицины и реабилитации, практикующая в Орегоне. Начальное обследование показало, что Найф испытывает умеренную боль в левом плече, и д-р Бальтцер рекомендовала ультразвуковое исследование для тщательного изучения проблемы. Её находка поразила нас: в левой надкостной мышце Найфа было повреждение диаметром около 1 см, которое являлось результатом недавней травмы, и ещё одно, большее повреждение с кальцификацией в правой надкостной мышце — вероятно, из-за хронического характера повреждения. Диагноз — двусторонний тендинит надкостной мышцы. Д-р Бальтцер вывела на экран в кабинете видеозапись УЗИ и показала нам зоны кальцификации и внутреннюю структуру каждого повреждения, которая продемонстрировала, как они развивались во времени. Эти серьёзные травмы мягких тканей в обоих плечах Найф переносил совершенно бессимптомно (за исключением наблюдений Мэтта).
У людей большую роль в устойчивости плеча играет ключица. У собак нет ключиц. Надкостная мышца — это единственное, что удерживает плечо на месте под воздействием направленного вперёд импульса.
Найфу 3,5 года, и в остальном его состояние превосходно. И до начала занятий аджилити Джоан почти год делала с Найфом упражнения на владение телом, проводила прыжковые и силовые тренировки. У нас до этого были спортивные собаки (они уже на пенсии), и мы знали, что позже годы тренировок и выступлений потребуют расплаты — физическим состоянием собаки. Мы были уверены, что наше стремление сделать спортивную карьеру Найфу и Шарпи не приведёт к ранним выступлениям на соревнованиях, до того как скелет и мышцы наших юных собак не окрепнут настолько, чтобы выдерживать многократные прыжки, горку и тридцатиметровые лобовые атаки. Мы знали, что наш тридцатидвухкилограммовый и шестидесятитрёхсантиметровый Найф находится в зоне повышенного риска получить спортивную травму. Поэтому мы добросовестно разогревали и заминали его во время тренировок и соревнований. Каждую неделю он часами занимался фитнесом в дополнение к аджилити и ринговому спорту. Также Найф регулярно посещал парочку массажистов, которые, как мы были уверены, способны обнаружить скованность и болезненность мышц, поскольку сама собака слишком мужественна, чтобы проявить слабость.
Диагноз Найфа особенно сбивает с толку, потому что мы считали своим долгом не повторять ошибок, совершённых с предыдущими собаками. Мы верили, что Найф получает наилучший уход и никогда не травмируется. Д-р Бальтцер объяснила нам, что собаки с размерами, скоростью и драйвом Найфа почти неизбежно получают травмы в аджилити. Тысячи повторённых прыжков, град ударов в плечи от зон на горке, искривления позвоночника при скоростном проходе слалома не могут не иметь пагубных последствий. Д-р Бальтцер сказала, что если бы принесла портативное оборудование для УЗИ на соревнования по аджилити, то мы изумились бы от количества недиагностированных травм мягких тканей, которые могла бы выявить наш врач. Некоторые спортивные собаки имеют выдающуюся способность играть превозмогая боль.
В прошлую пятницу Найф получил первую инъекцию обогащённой тромбоцитами плазмы в плечи. Факторы роста тромбоцитов продемонстрировали быстрое заживление травм мягкий тканей во многих случаях. Пять месяцев ограниченной подвижности и инъекции ОТП — и есть большая вероятность, что Найф вернётся в аджилити и ринговый спорт.
Из этого случая мы усвоили несколько уроков:
• Мы давали себе отчёт в присущих аджилити рисках. Теперь мы понимаем, что очень быстрые и крупные собаки рискуют гораздо сильнее, чем мы полагали ранее. Мы не можем и не собираемся запрещать Найфу выкладываться в спорте полностью, так что мы уменьшим количество прыжков и зоновых упражнений, которые он делает в течение месяца. На тренировках мы сосредоточимся на специфических навыках. И никаких больше длинных связок снарядов. Очень мало горки. Никаких трёхдневных соревнований.
• В ринговом спорте Найф всегда занимался с фигурантами, которые ставят на первое место безопасность. Мы знаем, что есть дикие и неосторожные фигуранты. Мы по-прежнему будем настороже, чтобы не попасть к ним.
• Джоан и я всегда отслеживаем малейшие изменения в походке или прыжках наших собак. Но последний эпизод пошатнул нашу уверенность в способности всегда определять, травмированы ли наши собаки. Сейчас мы убеждены, что каждая спортивная собака требует регулярного обследования у квалифицированного спортивного ветеринара. По меньшей мере — раз в год независимо от того, подозревается у собаки травма или нет; а для крупных и/или драйвовых собак, фанатичных в работе, — и того чаще. Обычный ветеринар или мануальный терапевт, не прошедший формального обучения для распознавания и реабилитации различных характерных спортивных травм, бесполезен: он не сможет восстановить потенциал собаки.
• Для диагностики травм мягких тканей альтернативы УЗИ нет (за исключением гораздо более дорогой МРТ). Меня больше не устроит, если ветеринар или мануальный терапевт расскажет в общих словах, что у моей собаки растяжение в лапе (или шее, или ещё где-нибудь). Я хочу знать, где точно находится и насколько велика травма. И как ещё узнать, что собака действительно восстановилась и готова соревноваться?
• Последний и, наверное, самый важный урок: мы сделаем всё, чтобы разводить собак, которые пригодны и хорошо сложены для требований, предъявляемых спортом и работой. Собаки со врождёнными структурными недостатками, например, с прямыми плечами или несбалансированными передней и задней частью, начинают спортивную карьеру без шансов на успех.
Хотя я убеждён, что альтернативы консультациям у хороших ветеринаров и терапевтов нет, я часто вижу спортсменов, которые целиком зависят от профессионалов и никогда по-настоящему не изучают, как ухаживать за спортивной собакой самостоятельно. Но ради наших партнёров, собак, мы обязаны разобраться в их анатомии, найти время и поддерживать их в хорошей физической форме (аджилити НЕ равно фитнесу!) и быть готовыми помогать им пройти через терапию, когда они травмируются. Мануальные терапевты и спортивные ветеринары так дороги, а эффективная физподготовка поглощает столько времени, что почти никто не может позволить себе делегировать всю работу по восстановлению собаки профессионалам.
Так что сейчас я уступаю трибуну. Мне очень интересно послушать истории о том, как вы восстанавливали собак после спортивных или рабочих травм. Какие уроки в результате выучили вы?

Источник: http://www.obsidianbelgians.com/?p=1075

Перевод: «Плохие собаки»