Грегори Бернс знает, о чём думает ваша собака

 Доктор Грегори Бернс, 53-летний нейробиолог из университета Эмори в Атланте, сканирует мозг собак, пытаясь узнать, о чём они думают. Исследования описаны в книге «Каково быть собакой» (What It’s Like to Be a Dog).

Среди выводов есть и такой: собака может любить вас просто так, а не за еду.

[…]

Как вы начали изучать собак?

— Всё началось с новости об убийстве Бен Ладена. Среди морских пехотинцев, была собака по кличке Каиро. Она выпрыгнула с ними из вертолёта.

Я смотрел репортаж и подумал вот о чём. Вертолёты ужасно громко шумят. Собаки обладают чрезвычайно чувствительным слухом. Я подумал: «Гм, если военные могут обучить собак сидеть в шумном вертолёте, то можно же научить их лежать в шумном МРТ».

— Зачем?

— Чтобы узнать, о чём собаки действительно думают и что чувствуют.

Годом ранее умер мой любимый пёс — мопс по кличке Ньютон. Я много размышлял о нём. Любил ли он меня? Или наши отношения строились на еде, которой я его кормил?

Как нейробиолог я видел, что исследования с помощью МРТ помогают нам понять, какие части человеческого мозга вовлечены в эмоциональные процессы. «Возможно, МРТ расскажет нам нечто подобное и о собаках?» Меня интересовало, есть ли у собак аналогичные человеческим функции мозга.

Труднее всего было найти способ поместить животных в аппарат МРТ и заставить их неподвижно лежать так долго, чтобы получились достаточно хорошие снимки.

— И как вы этого добились?

— Я работал с Марком Спиваком, кинологом из Атланты. Мы разбили дрессировку на этапы, что сделало возможным приучить собак к МРТ.

Я сделал симулятор МРТ у себя в подвале. Мы приучили к нему мою новую собаку, терьера Колли. Приучили к звукам, научили взбираться по ступенькам, ведущим в аппарат, укладываться на подголовник и лежать не шевелясь с каждым разом дольше и дольше.

Когда собака овладела всеми этими навыками по отдельности, мы объединили их — получилось очень похоже на реальную работу с МРТ. Это заняло у нас три месяца ежедневных занятий. После отладки дрессировочного процесса мы пригласили местных собаковладельцев поучаствовать в исследовании на добровольных началах.

С 2012 года мы обучили и просканировали около 90 собак. И принципиально не прибегали к обездвиживанию и лекарствам. Если собака хотела встать в МРТ или уйти, она могла это сделать. Мы никого не заставляли.

— Как выглядит процедура?

— В основном мы проводили опыты, аналогичные человеческим. Например, мы подготовили собак к тесту, который похож на знаменитый зефирный эксперимент, (он оценивает способность человека откладывать удовольствие).

У собак это выглядело так. Мы научили их дотрагиваться носом до мишени, когда они слышали свисток — это значит «делай». Затем мы научили тому, что поднятые руки значат «не делай». А если собаки видели поднятые руки и слышали свисток, то это всё равно значило «не действуй».

На снимках мы увидели, что при значении «не делай» активировалась часть префронтальной коры. Собаки, у которых активность этой части мозга была выше, справлялись лучше. То же самое и у людей в зефирном эксперименте.

Не думаю, что до нас это наблюдали у кого-то кроме приматов. Наш тест говорит о том, что собаки и люди пользуются для решения задач аналогичными участками мозга.

— Как вы узнали, что собаки любят нас больше, чем еду?

— Мы провели опыт, в котором то давали собакам хот-доги, а то просто хвалили. Затем мы сравнили реакции и посмотрели на центры вознаграждения в мозге: огромное количество животных одинаково реагировало на похвалу и на еду.

А ещё 20% подопытных сильнее реагировали на похвалу, чем на еду. Из этого мы делаем вывод, что подавляющее большинство собак любит нас как минимум так же, как и поесть.

Ещё одна вещь, которую мы узнали, показывая собакам изображения предметов и людей: у собак есть определённые участки мозга, которые отвечают за распознавание лиц. Так что в собак «зашито» много способов узнавать лица.

Это значит, что собаки не просто учатся тому, что человеческие лица важны — собаки рождены, чтобы смотреть на лица. Раньше мы этого не знали.

— А есть практическая польза от вашего исследования?

— Оно может быть полезным при дрессировке собак-помощников.

Мы два года сотрудничали с центром Canine Companions for Independence и тестировали щенков, предназначенных для работы в качестве помощников. Подготовка таких собак стоит от 20 000 до 60 000 долларов, потому что им нужен крайне интенсивный тренинг, чтобы они справлялись со своей работой.

Даже выведенные для этой цели собаки часто оказываются непригодными. Canine Companions хотели, чтобы мы попытались определить, какие щенки с большей вероятностью преуспеют в будущем.

Мы просканировали щенков и понаблюдали за ними какое-то время. Обнаружили, что лучшие кандидаты имели более высокую активность в хвостатом ядре — регионе, где больше всего дофаминовых рецепторов.

У этих щенков также оказалась менее активной часть, ответственная за страх и тревожность, — миндалевидное тело.

Вы сканировали морских львов. И что узнали?

— В последние годы на калифорнийские пляжи выбрасывало рекордное количество морских львов. У них были судороги, животные не могли двигаться.

С группой коллег мы просканировали попавших на мель животных в поисках повреждённых участков мозга. Это оказался гиппокамп. Та самая часть, которая повреждена у людей с височной эпилепсией.

Случай с морскими львами показал, что расстройства сознания у животных могут быть очень похожими на таковые у людей. Вообще по итогам своих исследований я осознал, как сильно животные похожи на нас.

Конечно, трудно узнать, о чём они думают, потому что они не говорят. Но если вы посмотрите на их мозг, то поймёте, насколько он похож на наш. Вы поймёте, что они живые существа.

— Чью жизнь могут изменить ваши выводы?

— Животных в приютах. Мы должны иметь возможность применять наши знания, чтобы помочь приютским собакам с агрессией. Если бы мы поняли, что происходит в их мозге, то могли бы найти альтернативу эвтаназии.

Самое главное, что мои исследования дали лично мне, это серьёзные вопросы к тому, как мы обращаемся с животными. Подумайте, как мы выращиваем животных в огромных промышленных центрах, где они живут как в тюрьме; а потом их забивают, часто жестоко.

Если животные осознают свои страдания — и я думаю, что осознают — мы обязаны пересмотреть их содержание.

На личном уровне… Я вегетарианец в той или иной степени ещё со времени учёбы в колледже. Исследование прояснило, что мозг животных обладает способностью ко многим эмоциям, которые испытывают люди.

Это упрочило мою решимость быть лучшим вегетарианцем, хотя я и научился не корить себя, когда у меня не получается.

Автор: Клаудиа Дрейфус, https://mobile.nytimes.com/2017/09/08/science/gregory-berns-dogs-brains.html?referer

Фото: DUSTIN CHAMBERS FOR THE NEW YORK TIMES
Перевод: «Плохие собаки»

Добавить комментарий